Отчаянно скучая, в тоске по воздуху и солнцу я чувствовал, как
покрываюсь пылью, которая вот-вот обернется адским перцем. Нет. Не
хотелось бы мне снова впускать сюда жирную муху скуки, ту, что
нализывает головы на нитку сна и жалит глаза колючками. Без ухищрений,
поскольку мне как поэту претит и полированный блеск, и хитроумный яд, и
овечья шкура поверх волчьей усмешки, я расскажу вам, насколько сумею, о
потаенном духе нашей горькой Испании...
На шкуре быка,
распростертой от Хукара до Гвадалете и от Силя до Писуэрги (не говоря
первая
наверх